fuflopisatel (fuflopisatel) wrote,
fuflopisatel
fuflopisatel

Роберт Родригез напротив Квентина Тарантино (часть 2. Глава 2).

РР: Ну-с, поговорим о "Грайндхаусе".

КТ: "Смертестойкость" стал действительно волнующим опытом. Меня радовало то, что я наконец-то почувствовал себя в роли оператора. Да, это очень круто. Не думаю, что я справился бы с этой должностью в любом другом фильме, который был бы не грайндхаусом. Вышло не то чтобы плохо, но и не то чтобы хорошо. Я снимал на солнце, куча сцен с солнцем, лезущим в камеру.

РР: Композиции, тем не менее, всегда выходят фантастическими, как ты достиг понимания того, какую именно обстановку нужно создавать? На самом деле, я попытался повторить тебя в "От заката до рассвета", в сцене в отеле...

КТ: Дадада, через дверной проем, кадр в кадре.

РР: Это был интересный кадр, я пытался снять его так, как снял бы его ты. Я никогда таким образом не снимал, но я осознал, что так бы снял Квентин, потому что это довольно вуайеристски. Как ты пришел к своему визуальному стилю, при этом не быв фотографом?

КТ: Ну, фотографом я не был, зато любил кино и любил кадры в кино. И я любил качественную картинку в фильмах...

РР: Я никогда не видел кадры, подобные твоим, в других фильмах. Они довольно уникальны.

КТ: Понимаешь, я представляю фильм в своей голове. Прежде, чем приступить к съемкам. Я просматриваю фильм, представляю в полной мере. И потом я уже ставлю и переношу на пленку свое видение. Не думаю, что я делаю что-то особенное, просто переношу так, как вижу. Но должен признать, после этого фильма я стал ценить великолепного Боба Ричардсона гораздо сильнее, чем раньше. Я ценил его и раньше...

РР: Но когда ты сидишь и представляешь экспозицию...

КТ: Да, именно, просто просишь Боба сделать небольшой кадр, мол, Боб, давай быстренько снимем вот это. И он: "Господин оператор, где я вам для быстренького вот этого свет нормальный найду?" "Ладно, проехали." "И не вспоминай об этом." В конечном итоге я решил снимать "Грайндхаус" просто потому, чтобы впечатлить Боба. Чтобы он воспринимал меня чутка серьезней в следующем фильме.

РР: Это впечатляюще. Экшн, подача, это все ты. То, что привело меня в наибольший восторг в "Смертестойкости", это тот кадр с ногами. И гордо красующаяся надпись: "Оператор: Квентин Тарантино".

КТ: Не думаю, что я справился бы без твоей веры в меня, мол, "да ты справишься, поначалу будешь нервничать, но справишься".

РР: Обожаю. Я помню зрителей, зрителей первой пятницы, наверное, лучшие зрители из всех, что могут быть. Потому что это именно тот опыт, который мы хотели получить.

КТ: Это было потрясающе! Китайский театр Граумана был переполнен, билеты были раскуплены, а я могу проходить свободно...

РР: Ложь, ты стоял в очереди!

КТ: У всех приподнятое настроение, а потом еще и стоячие овации после того застывшего кадра с радующимися девчонками. Славная пятница была, должен признать. И не только в этом кинотеатре, весь уикэнд был славной пятницей. Собственно, это был единственный его успех.
И не пойми меня неправильно, я горжусь "Грайндхаусом" не меньше, чем другими своими фильмами, но это первый фильм, который я считаю своим провалом. Мои былые ощущения во время съемки этого фильма притупились. Зато обострилось ощущение того, что у меня никогда больше не будет хита. Потому что когда у тебя случается огромный провал, ты уже не можешь себе представить еще один твой хит.

РР: Да, чувствуешь дикое опустошение.

КТ: Честно говоря, мы были весьма самонадеянны. Мы уже привыкли ступать на неизведанную территорию, ты со своим "Городом грехов", я с "Убить Билла", проходим через них, и люди в восторге, и мы решили, что мы можем так ходить везде. Но нет, они не пойдут за тобой куда угодно. Нужно дать им больше причин. И я чувствовал себя так, словно моя девушка бросила меня. При этом моя девушка - Земля.

РР: Что для тебя действительно успех? Потому что твои идеи... Для меня успех - это однозначно "Город грехов", когда я говорю "Город грехов", я имею ввиду, что никто не хочет смотреть в кино на все эти черно-белые цвета, мифологию, закадровый голос, обычно такое выходит сразу на видео. Но это нормально, я намеренно снимал так дешево. И я был удивлен, когда люди приняли его на отлично, посчитав его в худшем случае странным.

КТ: Меня очень подкосил осознанный мной факт: съемки "Грайндхауса" прошли не так хорошо, как хотелось бы. И ты в плохости этого жанра чувствуешь себя как рыба в воде, ты такой: "Удваиваем трэшовость! Утраиваем! Учетверяем! "Мачете"! "Мачете убивает"! El Rey, сучки, El Rey!" Я же с ним совладать не смог. И если "Бесславными ублюдками" я верну себе былой успех, это будет прекрасно.

РР: "Бесславные ублюдки", расскажи мне о них.

КТ: После "Джеки Браун" я отложил "Убить Билла" в сторону и начал писать "Бесславных ублюдков", и этому процессу конца края не было видно. Люди думали, что у меня творческий кризис, но все было как раз наоборот: я писал и писал и не мог остановиться. Вот уже сценарий размахнулся на 100 страниц, а конца все не видать, так что я попытался обуздать его, и я не смог. Материал отличнейший, вступительная сцена, к примеру. Тогда из-за того, что сценарий оказался столь большим и масштабным, мне пришла в голову идея реализовать его как мини-сериал.
Написано было дохренища всего, как раз бы влезло в шестичасовой мини-сериал. И уже со дня на день я собирался приступить к этому нелегкому делу. И в городе как раз был Люк Бессон, и мы с ним как с моим партнером-продюсером отправились пообедать. И я рассказал ему о моем большом мини-сериале, "Бесславные ублюдки". И продюсеры, они обычно такие: "Да, да, слушай, это шикарно, именно так и надо снять, так и надо снять, Квин." А Люк такой: "Ну не знаю." "Но почему? В чем дело?" "Я не знаю, понимаешь... Ты - один из немногих кинематографистов, ради которых я отрываю свою задницу от дивана и иду в кино, и смотрю фильм на большом экране. Все остальное я могу посмотреть на DVD и по ящику, меня это вполне устроит. Но ты заставляешь меня покинуть дом и сходить в кино. А теперь ты говоришь, что мне придется ждать еще четыре-пять лет, чтобы сходить в кино? Прости, что-то не очень радующие перспективы." И знаешь, иногда кто-то говорит тебе что-то, что никак не может вылететь из твоих ушей. И когда он сказал то, что сказал, я слышал сказанное вновь и вновь. Я думал об этом, думал об этом, думал об этом, и понял, что пришла пора снимать фильмы. Я хочу попробовать еще раз и снять его как фильм. Я не опустил руки и не сдался, я хотел снять этот огроменный эпос, я должен попробовать еще раз. И в итоге получился фильм.

РР: И ты справился с этой задачей довольно быстро, учитывая, сколько обычно тебе требуется времени на съемки фильма.

КТ: И вновь, я ожидал провала. Хотя и хотел показать себя.

РР: И получилось превосходно.

КТ: Я добился того, чего хотел, я доказал себе, что меня еще рано списывать со счетов, я действительно преобразовал его в фильм.

РР: И это был довольно смелый шаг, учитывая, что ты приступил к работе над ним после "Грайндхауса", то, что ты снял, это довольно смелый фильм, это шаг вперед.

КТ: Я не удивлюсь, если через двадцать лет "Бесславные ублюдки" будут считаться моей главной работой.

РР: "Джанго освобожденный".

КТ: Идея фильма о рабе, ставшем охотником за головами, зрела во мне очень, очень давно. Даже название, "Джанго освобожденный", я придумал его очень, очень давно. И процесс пошел буквально сам по себе.
Я был на пресс-конференции, посвященной "Бесславным ублюдкам", мы тогда с ним по миру ездили, и последним уголком мира, который мы решили посетить, стала Япония. В Японии все еще очень популярны спагетти-вестерны, их там называют макаронные вестерны. Почти все саундтреки из них выпускались на DVD, и я обнаружил один магазинчик, посвященный исключительно саундтрекам, больше в нем ничего не продавалось. А я люблю такие магазинчики. Так что я взял выходной, знатно закупился в том магазинчике, для меня Рождество наступило в июле, счастья были полные штаны. Я достал небольшой проигрыватель пластинок, вернулся в свой номер в отеле и весь выходной слушал саундтреки, слушал всех этих великолепных композиторов, Морриконе, Риза Ортолани, Луи Бакалова. И затем родилась первая сцена фильма. Первая сцена, в которой Джанго идет. Он в цепях, рабы идут в один ряд, холодно, а затем появляется он. Появляется издалека со своим фонарем, ну и затем случается вся сцена до самого конца. И я понял, что должен записать это. И у меня с собой даже своего ноутбука не было, только стационарный компьютер в отеле. И это было прекрасно, я написал всю первую сцену, персонажи разговаривали друг с другом, делали все, что делали - бум. Подобные чувства у меня были, когда я "Бесславных ублюдков" писал, и теперь я должен закончить сценарий. Отступать некуда - я начал писать фильм.

РР: Касательно музыки, почему ты начал использовать саундтреки, записанные к другим фильмам?

КТ: Все началось с "Джеки Браун". Харви Вайнштейн посетовал, что почти нет музыки, и посчитал, что стоит позвать композитора записать саундтрек. На что я ответил, мол, Харв, поздно уже, мы уже слишком многое сделали, нельзя просто взять и позвать композиторов, чтобы те накатали нам саундтрек за 4 дня, не так я фильмы снимаю. На что тот ответил: "Ну тогда возьми какой-нибудь из тех старых фильмов, что тебе нравятся, и выдерни саундтрек оттуда." И я задумался, а ведь вариант. Могу ли я так сделать? Ну да, а почему нет. Совсем другое дело ведь, мне не придется ждать какого-то парня, который вывернет душу у моего фильма, и еще не факт, что мне это понравится, я просто буду вставлять старые песни. Так и случилось.
У меня был саундтрек Роя Эра из "Крепкого кофейка", была у меня пластинка с ним, и это был годный симбиоз с Пэм Гриер, так что я просто использовал саундтрек из "Крепкого кофейка". В течение всего фильма. Никто не был против его использования. И вышло весьма неплохо. То есть, ты уже заранее знаешь, какой будет музыка, а не в последний момент ее слышишь, ты можешь положить музыку на сцену, на переходы, и все отлично сочетается.
Помню, что я использовал "Street Life", песню "Street Life", когда Джеки Браун вступает в дело, и я знал, что буду использовать "Street Life", и потому я уже мог выстраивать кадры как надо, дабы сочетание песни и визуала что-то означало. Что-то происходит, меняется музыка, и меняется что-то в мыслях Джеки. Когда ты знаешь, какую музыку используешь, ты можешь применить ее гораздо умнее.

РР: Да, ты, фактически, заранее планируешь саундтрек.

КТ: И в дальнейшем я не увидел ни одной причины сходить с заданного пути, мне нравится работать с музыкой таким образом.

РР: Замфира ты поместил в Японию. "Under Fire" Джерри Голдсмита. Уместнее ее еще не вставляли. Ты вставил ее в "Джанго", она потрясающа.

КТ: Я годами ждал этой возможности, в "Джанго" один из самых любимых моих саундтреков, и это один из самых моих любимых саундтреков Джерри Голдсмита, чертовски люблю его, я даже отказался сокращать его.

РР: Да, потому что даже неукороченная ее версия выстроена настолько великолепно, что ты смог найти блестящий способ вставить ее в фильм. Вот такое я действительно обожаю на стадии монтажа. Я знаю, что этот кусок действительно хорош. И его вроде и нужно обрезать, но ты не можешь, и это великолепно.

КТ: И все твердили, что, мол, сократи, потому что во многих фильмах музыка необрезана, и временами людям надоедает это, и они недовольны, почему так долго, и все твердят "не надо, не надо, не надо" всякий раз, когда я так делаю.

РР: Чудно. 28 сентября 1993 года я пришел на съемочную площадку "Криминального чтива". В тот день ты играл Джимми, ты был в халате. И в тот же день на площадке был Сонни Чиба. Я помню, что ты завтракал с ним, и ты говорил ему: "Нам надо сделать что-то вместе, нам надо сделать что-то вместе", а я смотрел на Сонни и думал: "Ого, вот бы Квентину выпал шанс поработать с ним". И он выпал, и ему досталась отличная роль в "Убить Билла". Есть ли у тебя какие-то актеры, с которыми ты хотел бы поработать или уже работал, но хотел бы еще раз?

КТ: Есть куча актеров, на которых я люблю смотреть, и я их люблю и ценю, и среди них как крупные актеры, с которыми я хотел бы поработать, так и те, которым бы стоило бы почаще появляться в американских фильмах, вроде Сонни Чиба, или актеры, которые мне всегда нравились, вроде Роберта Форрестера или Майкла Паркса, которые заслуживают больше внимания, и я даю им возможность его получить, или просто пишу для них крутые сцены, и хотя бы чуть-чуть, но освещаю их перед публикой.

РР: Одна из моих любимых цитат гласит, что иногда чтобы быть хорошим режиссером, нужно просто быть хорошим зрителем. Какой совет ты можешь дать киноделам, как нужно работать с актерами?

КТ: Не нужно пугаться своих актеров, не нужно их бояться, работайте сообща. На мой взгляд, лучшее, что может сделать режиссер для актеров на сегодняшний день, быть непосредственно вовлеченным в съемочный процесс. Не смотреть на них через монитор, не через телевизор, сидя на кресле, причем зачастую в другой комнате, пока снимается сцена. Это какой-то новый феномен, и им сейчас повально пользуются. И я не хочу вновь пробовать себя как актера, потому что режиссеры будут смотреть на мою игру и орать: "Эй, сделай то, повернись слегка вбок, скажите ему, чтоб повернулся слегка вбок." Как по мне, ты должен сидеть прямо за камерой. Если ты смотришь на игру актеров, сидя прямо за камерой, прямо перед актерами, они будут играть словно только, лично, персонально для тебя. Остальные из съемочной группы неважны, зрители - потом, в кинотеатрах, за миллионы миль отсюда, и то не факт, они играют только для тебя. Когда ты сидишь за камерой, и все актеры перед тобой, когда ты говоришь "Снято!", они поворачиваются к тебе и спрашивают: "Ну, как вам?"

РР: В нашей передаче есть сегмент под названием "Вопросы от других режиссеров".
Вопрос от Джо Данте. Какое самое большое количество дублей ты сделал за время съемок одного фильма?

КТ: Это было во время съемок "Убить Билла". Мы снимали битву с "88 бешеных", и мы снимали ее в старомодном стиле, в стиле Чжан Ченя. Ты берешь китайский презерватив, наполняешь его фальшивой кровью, и актеры просто держат его в своей руке. И когда меч "перерезает" актера, он сжимает презерватив, тот взрывается, и кровь во все стороны. Выглядит шикарно. Такого эффекта я пытался добиться.
Камера располагалась за плечом одной из женщин из "88 безумных". И Ума своим мечом протыкала ей горло. Что должна была сделать девушка: в руке она держала презерватив с кровью, в момент удара она должна была протянуть руку к своему горлу и сжать презерватив. Зритель не увидит, как горло протыкают мечом, потому что камера за головой девушки, но когда Ума нанесет удар, та схватится за голову, и он поймет это по хлынувшей во все стороны крови. Но каждый раз кровь падала вниз и никогда в разные стороны. И мы переснимали эту сцену снова и снова. Дубль 22... Дубль 23... Мы переодевались три раза. Когда пришла пора переодеться в четвертый, меня начали терзать сомнения. Должен ли я признать, что идея провалилась, и двигаться дальше? Или доснять ее, неважно, сколько времени это займет? И клянусь, ко мне словно сам Чжан Чень явился и сказал: "Квин, держись. Неизвестно, сколько дублей еще будет, это очень сложно, но это произойдет, рано или поздно это произойдет. Нельзя сдаваться, держись. Попробуй еще шесть раз, увидишь, что будет." И уже спустя пять, кажется, дублей сцена, наконец, получилась.

РР: Итак, она заняла 30 дублей.

КТ: 34, честно говоря. К слову, Джеки Чан меня переплюнул, в "Лорде Драконе", на ту сцену с воланчиком ушло около тысячи дублей, это рекорд по количеству дублей.

РР: Вопрос от Гильермо дель Торо. Кто, по твоему мнению, самый крутой актер всех времен?

КТ: Я мог бы назвать многих, но на данный момент, а точнее, последние несколько лет я твердо уверен в том, что это Ли Ван Клиф. Я искренне хотел бы поработать с Ли Ван Клифом в 1969-70 годах. Не знаю, многие ли замечали, но Ли Ван Клиф до смерти схож с Снуп Доггом. Они выглядят ну очень похоже, как будто один человек.

РР: Вопрос от Фрэнсиса Форда Копполы. Даже если допустить, что все твои фильмы очень во многом рассказывают о тебе, решишься ли ты когда-нибудь снять фильм, который будет рассказывать о твоих чувствах, твоей жизни без защитной оболочки жанра? Задумывался ли ты о таком фильме?

КТ: Я задумывался о таком фильме, но в то же время... Мне нравится эта защитная оболочка жанра. Но в то же время я понимаю, что он имеет ввиду, я знаю, почему именно этот вопрос, и я знаю, через что он прошел. Я хочу снимать фильмы о, ну знаешь... Никто не снимает фильм о том, как он относится к своему брату, это очень личное. Ты можешь представить это в виде маленьких рассказов, на которых можно основать нечто большее. И на данный момент мне очень нравится рассказывать свои истории, свои рассказики, маленькие кусочки автобиографии, но при этом запихивая их в безумный жанровый мир и изображать их подобным образом. Возможно, когда я постарею, я расскажу о них поподробнее, мол, эта история о любви, эта о человеке, который не знает, что делать, эта о человеке, который переживает свою неудачу, эта о человеке, у которого нет детей, но он хотел бы детей. Возможно, однажды я расскажу такую историю без жанровых приукрас, но не сейчас. Сейчас я хочу рассказывать вам чистую правду, очень личные вещи, но внутри жанра. То есть, "Убить Билла" крайне личный. Вам необязательно знать, почему он чертовски личный и почему он был выдран прямо из моего сердца и души. Я создал небольшую уловку, так что это не просто история о хитром киноделе Тарантино и о том, что случилось в его жизни, я погреб ее под кучей другой всячины, но она все еще очень реальная и очень личная.
И сразу отвечу на другой вопрос такого же типа. "Когда ты снимешь комедию"? Да о чем вы говорите, народ, все мои фильмы очень смешные, я наполняю юмором каждый свой фильм, смехом ради смеха. "Да, да, да, но хотелось бы именно полноценную комедию." То есть, "Криминальное чтиво", который относится к комедиям и драмы в нем не то чтобы много? Он не сколько драматичный, сколько жестокий, и я нахожу местную жестокость забавной. Мне кажется, когда люди говорят о комедии, они загоняют ее в очень узкие рамки, а я пытаюсь эти рамки раздвинуть. А затем кто-то говорит: "Ладно, перефразирую: когда ты снимешь комедию без насилия?" Как "Три балбеса", да? Но ведь пощечины - тоже насилие. "Ну, чтобы было больше социальных комментариев." [далее следует комедийная сцена из "Джанго" про рабу и рабовладельца] "Ну, что-то в стиле Билли Уайлдера." А, как "В джазе только девушки", где есть целых две сцены с бойней с пулеметами? Насилие не сделало его менее смешным. Может, для кого-нибудь сделало, но не для меня.

РР: Вопрос от Питера Богдановича, одного из моих любимейших кинематографистов. Кто сильнее всего повлиял на твое творчество?

КТ: В конечном счете мне кажется, что один творец повлиял на меня и мое творчество сильнее всего - Серджио Леоне. Его немного топорная возвышенность, то, как музыка ложится на визуальный ряд, всего его приемы - думаю, именно он в большей мере повлиял на мое творчество. Именно к его уровню я и стремлюсь.

РР: Эдгар Райт. Каково это чувствовать, что твой стиль критики и публика выделяют среди остальных, насколько важно для тебя творить столь уникальное кино?

КТ: Изумительно. Я и мечтать не мог, что буду творить в этой форме искусства на уровне истинного художника. И твою фильмографию нельзя просто разбить на "успех" и "провал". У тебя есть видение. Есть голос. Есть звучание. И каждый новый фильм - это новый диалог. И каждый новый фильм - то, что ты хочешь добавить в этот диалог. И тебя на самом деле выделяют. Не только критики, не только твои поклонники, но и весь мир. Ты играешь в игру на высшей сложности. Играешь в шахматы с Бобби Фишером.

РР: Ты вдохновляешь всех нас, ты - мой добрый друг и El Rey Network. Очень рад, что ты посетил нас сегодня в Director's Chair. Спасибо вам, сеньор.

КТ: Это честь для меня. Премного благодарен. Спасибо, ребят.
Tags: из познавательного
Subscribe

  • В тему сегодняшней погоды

    И в продолжении нытья постом ниже. Но вот что нравится, так это летние дожди переходящие в ливни. Вот такой я меланхоличный (ха) мазохист.

  • Давно не было

    Сакс и женский вокал всё делает лучше, даже то что уже идеально. А это вообще взрыв мозга.

  • Конец жары

    Жара кончилась резко. Как человек который переносит жару чрезвычайно тяжело, я в "полном восторге" от полутора месяцев лета потерянных впустую и…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments