fuflopisatel (fuflopisatel) wrote,
fuflopisatel
fuflopisatel

Category:

Окончательное решение негритянского вопроса

https://aftershock.news/?q=node/799119

К нам известно, самые лучшие годы Америки пришлись на 50-60е годы прошлого века. Мужчина мог содержать на свою зарплату семью. Женщины были ещё женщинами и выращивали детей дома. Была возможность купить автомобиль и дом. Иногда даже не в кредит.

Но этими благами воспользовались не все. Совсем не все. Угнетение негров в США было поражающим. Они учились в школах для черных, ездили в автобусах на местах для черных, жили в отелях для черных. Даже воевали и проливали они свою кровь в войну отдельно от белых. Соответственно и их возможности, финансовые и политические, были весьма ограничены.

Такое положение дел привело к борьбе негров за свои права. Самым ярким представителем и идеологом мирной ветви борьбы стал Мартин Лютер Кинг.

Прочтите его самую известную Речь:

Пять десятков лет назад великий американец, под чьей символической сенью мы сегодня собрались, подписал Прокламацию об освобождении негров. Этот важный указ стал величественным маяком света надежды для миллионов черных рабов, опаленных пламенем испепеляющей несправедливости. Он стал радостным рассветом, завершившим долгую ночь пленения.

Но по прошествии ста лет мы вынуждены признать трагический факт, что негр все еще не свободен. Спустя сто лет жизнь негра, к сожалению, по-прежнему калечится кандалами сегрегации и оковами дискриминации. Спустя сто лет негр живет на пустынном острове бедности посреди огромного океана материального процветания. Спустя сто лет негр по-прежнему томится на задворках американского общества и оказывается в ссылке на своей собственной земле. Вот мы и пришли сегодня сюда, чтобы подчеркнуть драматизм плачевной ситуации.

В каком-то смысле мы прибыли в столицу нашего государства, чтобы получить наличные по чеку. Когда архитекторы нашей республики писали прекрасные слова Конституции и Декларации независимости, они подписывали тем самым вексель, который предстояло унаследовать каждому американцу. Согласно этому векселю, всем людям гарантировались неотъемлемые права на жизнь, свободу и стремление к счастью.
Сегодня стало очевидным, что Америка оказалась не в состоянии выплатить по этому векселю то, что положено ее цветным гражданам. Вместо того чтобы выплатить этот святой долг, Америка выдала негритянскому народу фальшивый чек, который вернулся с пометкой “нехватка средств”. Но мы отказываемся верить, что банк справедливости обанкротился. Мы отказываемся верить, что в огромных хранилищах возможностей нашего государства недостает средств. И мы пришли, чтобы получить по этому чеку – чеку, по которому нам будут выданы сокровища свободы и гарантии справедливости. Мы прибыли сюда, в это священное место, также для того, чтобы напомнить Америке о настоятельном требовании сегодняшнего дня. Сейчас не время удовлетворяться умиротворяющими мерами или принимать успокоительное лекарство постепенных решений. Настало время выйти из темной долины сегрегации и вступить на залитый солнцем путь расовой справедливости. Настало время открыть двери возможностей всем Божьим детям. Настало время вывести нашу нацию из зыбучих песков расовой несправедливости к твердой скале братства.

Для нашего государства было бы смертельно опасным проигнорировать особую важность данного момента и недооценить решимость негров. Знойное лето законного недовольства негров не закончится, пока не настанет бодрящая осень свободы и равенства. 1963 год – это не конец, а начало. Тем, кто надеется, что негру нужно было выпустить пар и что теперь он успокоится, предстоит суровое пробуждение, если наша нация возвратится к привычной повседневности. До тех пор пока негру не будут предоставлены его гражданские права, Америке не видать ни безмятежности, ни покоя. Революционные бури будут продолжать сотрясать основы нашего государства до той поры, пока не настанет светлый день справедливости.
Но есть еще кое-что, что я должен сказать моему народу, стоящему на благодатном пороге у входа во дворец справедливости. В процессе завоевания при надлежащего нам по праву места мы не должны давать оснований для обвинений в неблаговидных поступках. Давайте не будем стремиться утолить нашу жажду свободы, вкушая из чаши горечи и ненависти.

Мы должны всегда вести нашу борьбу с благородных позиций достоинства и дисциплины. Мы не должны позволить, чтобы наш созидательный протест выродился в физическое насилие. Мы должны стремиться достичь величественных высот, отвечая на физическую силу силой духа. Замечательная воинственность, которая овладела негритянским обществом, не должна привести нас к недоверию со стороны всех белых людей, поскольку многие из наших белых братьев осознали, о чем свидетельствует их присутствие здесь сегодня, что их судьба тесно связана с нашей судьбой и их свобода неизбежно связана с нашей свободой. Мы не можем идти в одиночестве.

И начав движение, мы должны поклясться, что будем идти вперед.

Мы не можем повернуть назад. Есть такие, которые спрашивают тех, кто предан делу защиты гражданских прав: “Когда вы успокоитесь?” Мы никогда не успокоимся, пока наши тела, отяжелевшие от усталости, вызванной долгими путешествиями, не смогут получить ночлег в придорожных мотелях и городских гостиницах. Мы не успокоимся, пока основным видом передвижений негра остается переезд из маленького гетто в большое. Мы не успокоимся, пока негр в Миссисипи не может голосовать, а негр в
Нью-Йорке считает, что ему не за что голосовать. Нет, нет у нас оснований для успокоения, и мы никогда не успокоимся, пока справедливость не начнет струиться, подобно водам, а праведность не уподобится мощному потоку.

Я не забываю, что многие из вас прибыли сюда, пройдя через великие испытания и страдания. Некоторые из вас прибыли сюда прямиком из тесных тюремных камер. Некоторые из вас прибыли из районов, в которых за ваше стремление к свободе на вас обрушились бури преследований и штормы полицейской жестокости. Вы стали ветеранами созидательного страдания. Продолжайте работать, веруя в то, что незаслуженное страдание искупается.

Возвращайтесь в Миссисипи, возвращайтесь в Алабаму, возвращайтесь в Луизиану, возвращайтесь в трущобы и гетто наших северных городов, зная, что так или иначе эта ситуация может измениться и изменится. Давайте не будем страдать в долине отчаяния.

Я говорю вам сегодня, друзья мои, что, несмотря на трудности и разочарования, у меня есть мечта. Это мечта, глубоко укоренившаяся в Американской мечте.

у меня есть мечта, что настанет день, когда наша нация воспрянет и доживет до истинного смысла своего девиза: “Мы считаем самоочевидным, что все люди созданы равными”.

у меня есть мечта, что на красных холмах Джорджии настанет день, когда сыновья бывших рабов и сыновья бывших рабовладельцев смогут усесться вместе за столом братства.

у меня есть мечта, что настанет день, когда даже штат Миссисипи, пустынный штат, изнемогающий от накала несправедливости и угнетения, будет превращен в оазис свободы и справедливости.
у меня есть мечта, что настанет день, когда четверо моих детей будут жить в стране, где о них будут судить не по цвету их кожи, а по тому, что они собой представляют.

у меня есть мечта сегодня.

У меня есть мечта, что настанет день, когда в штате Алабама, губернатор которого ныне заявляет о вмешательстве во внутренние дела штата и непризнании действия принятых конгрессом законов, будет создана ситуация, в которой маленькие черные мальчики и девочки смогут взяться за руки с маленькими белыми мальчиками и девочками и идти вместе, подобно братьям и сестрам.

У меня есть мечта сегодня.
У меня есть мечта, что настанет день, когда все низины поднимутся, все холмы и горы опустятся, неровные местности будут превращены в равнины, искривленные места станут прямыми, величие Господа предстанет перед нами и все смертные вместе удостоверятся в этом.

Такова наша надежда. Это вера, с которой я возврашаюсь на Юг.

С этой верой мы сможем вырубить камень надежды из горы отчаяния. С этой верой мы сможем превратить нестройные голоса нашего народа в прекрасную симфонию братства. С этой верой мы сможем вместе трудиться, вместе молиться, вместе бороться, вместе идти в тюрьмы, вместе защищать свободу, зная, что однажды мы будем свободными.

Это будет день, когда все Божьи дети смогут петь, вкладывая в эти слова новый смысл: “Страна моя, это Я тебя, сладкая земля свободы, это я тебя воспеваю. Земля, где умерли мои отцы, земля гордости пилигримов, пусть свобода звенит со всех горных склонов”.

И если Америке предстоит стать великой страной, это должно произойти.
Пусть свобода звенит с вершин изумительных холмов Нью-Хэмпшира!
Пусть свобода звенит с могучих гор Нью-Йорка!
Пусть свобода звенит с высоких Аллегенских гор Пенсильвании!
Пусть свобода звенит с заснеженных Скалистых гор Колорадо!
Пусть свобода звенит с изогнутых горных вершин Калифорнии!
Пусть свобода звенит с горы Лукаут в Теннесси!
Пусть свобода звенит с каждого холма и каждого бугорка Миссисипи!
С каждого горного склона пусть звенит свобода!

Когда мы позволим свободе звенеть, когда мы позволим ей звенеть из каждого села и каждой деревушки, из каждого штата и каждого города, мы сможем ускорить наступление того дня, когда все Божьи дети, черные и белые, евреи и язычники, протестанты и католики, смогут взяться за руки и запеть слова старого негритянского духовного гимна: “Свободны наконец! Свободны наконец! Спасибо всемогущему Господу, мы свободны наконец!”

Подчеркну основные моменты этой речи. Первая цитата подтверждает мое утверждение:

Спустя сто лет (после отмены рабства) жизнь негра, к сожалению, по-прежнему калечится кандалами сегрегации и оковами дискриминации. Спустя сто лет негр живет на пустынном острове бедности посреди огромного океана материального процветания. Спустя сто лет негр по-прежнему томится на задворках американского общества и оказывается в ссылке на своей собственной земле.

Чего же хочет неистовый Мартин?

у меня есть мечта, что настанет день, когда наша нация воспрянет и доживет до истинного смысла своего девиза: “Мы считаем самоочевидным, что все люди созданы равными”.

у меня есть мечта, что на красных холмах Джорджии настанет день, когда сыновья бывших рабов и сыновья бывших рабовладельцев смогут усесться вместе за столом братства

Лютер говорит о равенстве и равных правах и возможностях для негров и белых. Заметьте, не о велферах и преимущественных правах при поступлении на работу и учебу, не о льготах, а о простом равенстве. Запомните этот пункт, это важно, но к нему мы вернемся позже.

Но была и вооруженная ветвь сопротивления. Черные пантеры.

Кому интересно можете прочитать про их историю. Эти ребята были радикальны, вооружены и требовали в отличие от Мартина уже не равенства, а привилегий ( например хотели, чтобы черных не призывали в армию) и стремились к анклавизации, а не к интеграции и слиянию с белым обществом. Проскакивал даже черный расизм.

Скрученная пружина обид черного народа выплеснулась массовыми протестами на улицы и площади американских городов. Это больно ударило по экономике и по политическому влиянию Америки в мире, как самой "свободной" страны.

Где законодательными уступками, где подачками велфера, где репрессиями массовые волнения удалось притушить. Мартина Лютера Кинга и 29 лидеров Черных пантер просто убили. Проблему в черне решили. Но ещё до затихания основной волны протестов, применили радикальные средства. Незаметные, как радиация. И такие же, по необратимости результата.

Этап 1.

В своей книге "Фрикономика" Левитт так пишет о произошедших событиях:

..В 1995 году криминалист Джеймс Алан Фокс написал для генерального прокурора США отчет, в котором содержалась масса мрачных предсказаний относительно грядущего всплеска убийств, совершаемых подростками. Фокс предложил два сценария: оптимистичный и пессимистичный. По его мнению, оптимистичный сценарий состоял в том, что в течение следующих десяти лет доля убийств, совершаемых подростками, повысится еще на 15 процентов. Пессимистичный сценарий утверждал, что эта доля удвоится. «Грядущая волна преступности будет такой фатальной, – говорил он, – что мы будем вспоминать о 1995 годе как о райских денечках».

Другие криминалисты, политологи и прочие создатели прогнозов придерживались примерно такой же точки зрения. Ее разделял и президент Клинтон. «Мы знаем, что у нас осталось около шести лет для того, чтобы повернуть вспять ситуацию с подростковой преступностью, – говорил он. – Иначе наша страна будет жить в условиях хаоса. И мои преемники не будут рассказывать о прекрасных возможностях глобальной экономики – они будут пытаться удержать вместе души и тела людей на улицах этих городов». Администрация была готова выделить на борьбу с преступностью немалые деньги.

Однако, вместо того чтобы расти выше и выше, уровень преступности начал снижаться. Затем он начал падать – все быстрее и быстрее. Падение уровня преступности было примечательным по ряду причин. Это явление оказалось повсеместным – показатели практически всех видов преступности снижались во всех регионах страны. Снижение стало последовательным и происходило постепенно год от года. И оно было совершенно непредвиденным для тех экспертов, которые предсказывали абсолютно иное развитие событий.

Размах этой тенденции был поистине поразительным. Доля убийств, совершенных подростками, не выросла на 100 или даже 15 процентов, как предсказывал Джеймс Алан Фокс. Напротив, она упала более чем на 50 процентов за пять лет. К 2000 году общий показатель убийств в Соединенных Штатах упал до минимального значения за тридцать пять лет. То же самое произошло практически со всеми другими видами преступлений – начиная от ограблений и заканчивая угонами автомобилей.

Хотя эксперты не смогли предвидеть падения уровня преступности (которое уже фактически началось даже в то время, когда они еще продолжали давать свои устрашающие прогнозы), теперь они торопились дать объяснение происходящему. Большинство их теорий казались совершенно логичными. По их словам, изменить к лучшему положение дел с преступностью позволила бурно растущая экономика «ревущих 1990‑х». Они полагали, что возникновение законов в области контроля над огнестрельным оружием оказалось именно той инновационной политикой, которая позволила, к примеру, снизить количество убийств в Нью-Йорке с 2245 в 1990 году до 596 в 2003‑м.

Эти теории были не просто логичными – они также оказались крайне воодушевляющими, так как связывали падение уровня преступности с вполне конкретными недавними рукотворными инициативами. Свою лепту внесли и контроль над оружием, и правильная стратегия работы полиции, и повышение зарплат, делавшее преступные занятия не столь выгодными, – но это означало, что средства для обуздания преступности находились в нашем арсенале и раньше. И если дела, не дай бог, вновь пойдут нежелательным образом, нам найдется чем обуздать новую проблему.

Несомненно, эти теории, исходившие из уст экспертов, нашли свой путь к публике с помощью журналистов. Довольно быстро теории превратились в общепринятое мнение.

Существовала, однако, проблема: эти теории не были верными.

На снижение уровня преступности в 1990‑х годах в реальности повлиял и еще один немаловажный фактор, возникший за двадцать лет до этого и связанный с молодой женщиной из Далласа по имени Норма Мак-Конвей.

Подобно легендарной бабочке, взмах крыльев которой на одном краю Земли постепенно приводит к возникновению урагана на другом, именно история Нормы Мак-Конвей неожиданно повлияла на ход последовавших событий. Все, чего хотела эта женщина, – это сделать аборт. Она была бедной, необразованной и не имевшей особых навыков алкоголичкой и наркоманкой двадцати одного года. У нее уже было двое детей, которых она отдала на усыновление в другие семьи. В 1970 году она обнаружила, что вновь забеременела. Однако в то время в Техасе, как и в большинстве других штатов, аборты были запрещены. Делом Мак-Конвей занялись другие люди, куда более влиятельные, чем она сама. Они сделали ее ведущим истцом в показательном процессе, направленном на легализацию абортов. Ответчиком в процессе выступал Генри Уэйд, окружной прокурор Далласа. Этот процесс привлек внимание Верховного суда США, в ходе рассмотрения в котором Мак-Конвей выступала под псевдонимом Джейн Роу. 22 января 1973 года суд вынес решение в пользу «госпожи Роу» и тем самым легализовал аборты по всей стране. Разумеется, к этому времени самой Мак-Конвей/Роу уже было поздно делать аборт. Она родила ребенка и отдала его приемным родителям. (Через много лет она отказалась от прежней приверженности идее легализации абортов и стала активно выступать против них.)

Так каким же образом делу «Роу против Уэйда» удалось стать тем спусковым крючком, который (через одно поколение) привел к величайшему падению уровня преступности за всю историю криминальной статистики?

Если говорить с точки зрения преступности, то оказывается, что не все дети рождаются равными. Напротив, десятилетия исследований показывают, что ребенок, рожденный в неблагополучной семейной среде, станет преступником с гораздо большей вероятностью, чем другие дети. И часто неблагоприятное окружение для таких детей представляли их матери – миллионы женщин (незамужних, несовершеннолетних и не имевших денег на подпольные аборты). Однако после вынесения решения по делу «Роу против Уэйда» все эти женщины смогли воспользоваться правом на аборт. Именно их дети, родившись, имели значительные шансы со временем превратиться в преступников. Однако вследствие решения по делу «Роу против Уэйда» эти дети так и не появились на свет. Это значительное судебное решение привело через многие годы к одному важному изменению: именно в то время, когда эти нерожденные дети должны были вырасти и начать свои криминальные занятия, и стало происходить снижение преступности.

В конечном счете падение волны преступности в США было связано не с сильной экономикой или стратегией работы полиции. Факт состоял в том, что (помимо прочих факторов) именно в это время и снизилось количество потенциальных преступников.

Эксперты по вопросу снижения преступности (которые не так давно пугали всех своими страшилками) начали делиться новыми теориями с представителями СМИ. А знаете, сколько раз они упоминали легализацию абортов в качестве причины снижения преступности?

Ни одного.

Все вроде понятно. Разрешение на официальные аборты и их бесплатность (или дешевизна) привели к массовым абортам у беднейших слоев населения. А это, как мы помним, негры.

О чем же умолчал Левитт. Первое и главное, Мак-Конвей была негритянкой. И это не случайно, само освещение этого события было преподнесено, как "свобода" для негритянок.

Второе, сама Мак-Конвей ничего от процесса не выиграла. Она родила ребенка до окончания суда и в последствии выступала за запрет абортов.

Третье, в Википедии пишется:

В то время адвокаты Линда Коффи (англ. Linda Coffee) и Сара Веддингтон (англ. Sarah Weddington) как раз искали истца, от имени которого можно было бы подать иск против штата Техас[1]

Прям кушать не могли, как хотели найти женщину, от лица которой могли бы подать иск на отмену запрета абортов. И нашли именно черную девушку. И прям верховный суд озаботился проблемой черных, до такой степени, что вынес обязывающее решение по всей стране. И уши правительства за этим вообще не торчат.

Моральную сторону данного решения я здесь рассматривать не буду. Но через 20 лет после этого решения не только преступления резко уменьшились. Но и база для социальных протестов тоже сократилась. Меньше стало молодых нищих негроамеров.

Этап 2.

Посмотрел я недавно сериал "Снегопад" про крэковую эпидемию в Америке в 80-е, сделанную на основе реальных событий. Для меня например откровением было, то что ЦРУ намеренно вызвало эпидемию наркотиков в своей стране, для финансирования контрас в Никарагуа. Организовывало и прикрывало сети сбыта в стране, ввозило кокаин через "окна" в страну от колумбийских наркобаронов и т.д.

Однако в сериале столько нестыковок, что прямо бросается в глаза. Например не бьется экономика вообще. Агент ЦРУ получает 5000$ на килограмме кокаина, а для финансирования контрас требуется 100 млн. Т.е. он должен ввезти в страну за год около 20т кокаина. Тонн, Карл! А ввозит по 50 кг в неделю.

В сбыте ему помогают малахольный негр и латиноамериканка, берущие по 10-20 кг героина в неделю. Для распространения потребных 400 кг коки в неделю требуется организации, размещенные в разных городах и имеющих тысячи сбытчиков. Обороты там должны быть миллиардными, в тех деньгах 80-х.

Но даже это не самая мякотка. Там есть сцена, вообще из фентези. Негр мафиозо едет в другой город, для сбыта 1 кг кокаина и... далее начинается вообще фантасмагория. Он напарывается на сбытчиков нового наркотика - крэка. Те сразу же без вопросов показывают ему, где находится главный оптовик этого дерьма. Наш негр идет туда и... его не убивают отняв весь кокаин, а показывают, как варить крэк!

Вы в это верите? Это даже в художественном фильме выглядит бредово, а уж в реальности. И опять же интересный момент. Кокаин достаточно дорогой наркотик. При приеме через нос его требуется много. Неграм он не по карманам. И в начале наш мафиозо барыжит им только для белых и в клубах.

И только после обретения крэка, которого для прихода требуется буквально миллиграммы, а соответственно и цена у него исчисляется долларами, наркоторговля выплескивается на улицы черных кварталов.

А теперь мое предположение. Крэк, а так же способ его получения, доступный каждому негру на кухне, скорее всего был разработан в правительственных лабораториях США. Затем подсказан негрилам на улице. И вторая, самая главная часть.

А что если продажа кокаина ЦРУ для финансирования контрас, это не более, чем второй слой прикрытия для основной операции. Что, если наркотизация черных кварталов было основной целью данной операции. Ведь в отличие от операции с поддержкой контрас, вторая часть удалась на славу.

Наиболее активные и пассионарные негры, с оружием в руках бросились делить наркоденьги, заодно сокращая свое поголовье без всякого участия правительства. А люмпены погрязли в наркотическом дурмане. Преступления на почве наркотиков были приняты, как сопутствующий ущерб, тем паче, что они редко выплескивались в белые кварталы.

Для того, чтобы снизить этот сопутствующий ущерб, был внедрен следующий этап нашего плана.

Этап 3.

В США 8 января 1964 года в первом послании о положении страны президент Л. Джонсон торжественно провозгласил начало «бескомпромиссной войны с бедностью в Америке (англ.)русск.» как часть программы построения «Великого общества».

Это из Вики. И при чем здесь, как бы, бунты чернокожих? По началу действительно внедрялись программы по обучению, помощи в трудоустройстве и т.д. Черные обеспечивались дешевым жильем. Но к 80-м, правительство, разочаровавшись в эффективности этих программ, начало просто откупаться деньгами от своих чернокожих граждан. Теперь у тех появились деньги на крэк и бухло без всяких усилий с их стороны. Это породило целые поколения, выросшие на велферные деньги, честный заработок которых, кроме велфера был возможен только от торговли дурью.

Велфер окончательно добил шанс нормальной интеграции черных в общество и утихомирил социальные протесты. Черные квартала окончательно превратились в гетто погруженное в наркотическую нирвану. Мечта Лютера Кинга так и не осуществилась. Черный обдолбыш паразит вряд ли мог сесть за один стол со своим белокожим братом, разве что в тюряге.

Этап 4.

И наконец вишенка на торте.

Это беспредельная толерастия в ХХI веке. Черные объявлены "страдающим" народом. Выплаты теперь положены чисто потому, что ты черный. Выпячивется особенность черных, культивируется их расовая заносчивость. Им должны и места в школах и вузах. Работодатели должны им места в первую очередь, несмотря на их деловые качества. Речь идет уже о позитивной дискриминации белых. Культивируется черный расизм, когда высказывания в сторону белых не допустимы в сторону черных.

Это окончательно разделяет черное и белое части общества, вбивает клин между ними и приводит к нэосегрегации. Накапливается раздражение и ненависть у белой части общества, которое может вылитсся в непредсказуемую агрессию, особенно в трудные времена. Об этом ли мечтал Лютер Кинг? Он просто хотел быть равным со своим белым другом в детстве, без оглядки на цвет кожи. Быть братом белым. Его мечта сейчас как никогда далека от воплощения.

Когда вам придет в голову поругать "этих черных паразитов, ничем другим, кроме наркоторговли не занимающихся", вспомните про эту статью. И попробуйте понять, что все черные в США это жертвы безумной социальной инженерии властьпредержащих. Все решения уже приняты давно и отменить, и изменить их будет очень сложно, если вообще возможно. Все ваши представления о американских неграх, это именно представление об американских неграх, а не о неграх вообще.

Для контраста вспомните Кубу, где прекрасно уживаются и черные, и белые, и латиносы, и метисы всех цветов. Где на самом деле сбылась мечта Лютера Кинга, где не делят людей по цвету кожи, а только по тому, что он представляет собой. Где море черных врачей, учителей, военных и ученых, инженеров. И стойкость, по воспоминаниям наших военных советников, во время боя черные проявляют завидную. И лихость, и бесшабашность.

Спи спокойно Мартин Лютер Кинг. Все к чему прикасается правительство США, превращается в дерьмо и гниль, а значит его дни сочтены. А после у твоих черных братьев будет шанс начать все заново. И кубинцы, я думаю помогут...

...

От себя добавлю лишь то, что нет ничего забавнее наших ссыкух. Которые считают на полном серьёзе белыми людьми, называя тех же американских чёрных "черножопыми бездельниками".

Это стремление многих "русских" залезть белым людям в жопу без мыла меня всегда умиляло. Шёл 2019 год, а среди русских не перевелись желающие стать домашними нигеррами для новых господ. Хотя думаю, таких желающих всегда и везде было много, к сожалению.

Ещё раз для непонятливых. Если вы считаете что вы чем то отличаетесь от негров в глобальной системе координат. Особенно для белых людей. То у вас серьёзные проблемы с головой.
Tags: из познавательного, мыслью по древу
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment