fuflopisatel (fuflopisatel) wrote,
fuflopisatel
fuflopisatel

  • Music:

Гость в городе. 1.2.

Из всех российских облцентров Липецк выделялся сильнее всего тем, что он не выделялся вообще ничем. То есть совсем. В городе с населением без малого полмиллиона человек, фактически не было даже какого то исторического центра, не было почти что сталинской архитектуры. Весь этот город (что для европейской территории России было нехарактерно), был порождением второй половины 20 века. Он представлял из себя, фактически, спальную окраину Москвы или Питера, которую по какому то недоразумению занесло так далеко, смешанную с частными домами. Это был бетонный короб. Широкие и прямые улицы с преимущественно «Жигулями» и «Дэу», неухоженные тротуары (если они вообще были), панельки от девяти этажей и выше со всех сторон. В этом городе не было ничего особенного. Но всё же он был живым, народ торопился на работу, последние листья опадали с высоких деревьев коих здесь было с избытком. У рынков и магазинов толпился народ. Где то даже было что-то похожее на пробки (по Московским меркам вообще не пробки, но в Петрозаводске же их вообще никогда не бывало). Смотря на него можно было сказать, что он цветёт и пахнет. Николай по стране достаточно помотался, и видел как с остатками старых поколений или же молодых беглецов, из когда то крупных городов вытекают остатки жизни. Поэтому здесь ему нравилось, хоть здесь и было грязно, не ухоженно. Здесь тоже были люди, и они просто пытались жить дальше. Со временем это начинаешь ценить. Как он помнил, кажется это говорил Сергей Бодров Младший, важно понимать что после твоей смерти мир никуда не денется. Троллейбусы будут везти людей на работу, дети будут играть во дворе… ты это ты. Ты уйдёшь. А они останутся и будут жить дальше. Вот и всё что нужно знать. В такие моменты Николай понимал, ему этого более чем достаточно. Любое даже самое унылое место становится местом что можно назвать домом, если в нём есть жизнь.
Здание областного управления затерялось посреди типичного «поселкового квартала». Двухэтажных квартирных домов бежевого цвета самого милого вида, вероятно построенные здесь ещё до революции. Перемешанные с пятиэтажками хрущёвского периода. Выглядело всё это довольно мило. А комплекс как комплекс, стандартное административное здание Советского периода, бывало и хуже. Продравшись через слегка нервного но подчёркнуто вежливого (то есть вежливость его держалась на волоске) постового, гость узнал что Протасов сегодня в здании. С дальнейшим прохождений проблем не было, ксива легко открывала все двери. Народу внутри было не очень много, в основном кабинетные сотрудники. Но оно и понятно, не до этого. Типичное административное здание со следами дешёвого но относительно добротно сделанного евроремонта (областной главк как ни крути, здесь начальство а не какие то там рядовые менты). До половины сотрудников, по сути, рядовые государственные клерки на бумажках, про которых не снимают фильмов, поскольку они не носят оружия и с преступниками не общаются, хотя никто не говорит о том что они пускай даже через одного, тоже делают важную работу. Банально обеспечивая работу всего этого министерского мастодонта, который итак работал из рук вон плохо, а без этих замечательных людей вообще бы загнулся к чёрту. О работе людей свидетельствовало лишь эхо разговоров за дверью да телефонные звонки. По коридорам разносилось лишь гулкое эхо от шагов. Постучавшись в нужный кабинет, Николай не дожидаясь ответа вошёл вовнутрь.
В центре самого банального кабинета из всех возможных, с самой дешёвой мебелью и за допотопным квадратным монитором, сидел собственно товарищ следователь собственной персоной. Зандир был человеком примечательным, особенно для Липецкой губернии. Не мулат а самый что ни на есть негр. Ростом метр семьдесят пять, но широкий в плечах и напоминающий скорее шкаф на ножках, Коля таких знал, в рукопашным с такими крепышами особенно тяжело. Бритая голова, суровое лицо. Не дать не взять, детектив из американского сериала, только тёмных очков не хватало и форма смотрелась немного инородно. Судя по тому что форма была измята а под глазами были синяки. Ночь у следователя Протасова была бессонной. Поэтому гость решил его не мучить побуждая задавать лишние вопросы, сразу выставил вперёд ксиву.
- Капитан Гурбарёв, старший следователь ФСБ.
Зандир посмотрел на ксиву с неописуемо красноречивым выражением брезгливости и усталости мол «как же вы меня все достали» и немного «ещё и ты припёрся». Николай захлопнул ксиву и протянул руку.
- Можно просто Коля.
Как бы нехотя следователь встал со стула, чисто на рефлексах, и пожал руку.
- Майор юстиции, старший следователь Протасов. Можно просто Зандир.
Он указал рукой на стул напротив.
- Я так понимаю, вы прибыли по наши души, в связи с утренним инцидентом?
- Нет, по душу убийцы.
Следователь изучал гостя. Небрежные и неровные волосы на голове, гладко выбритое лицо. Внимательные но какие то отстранённые карие глаза, грязно-коричневое длинное пальто поверх белого свитера. Кобура под левой подмышкой.
- Не через начальника отдела?
- Убийцу вы ловите? Я к вам.
Зандир хотел видимо сказать какую то грубость. Но в конце концов просто встал и пошёл к подоконнику, там как раз стоял чайник. Открыв шкафчик стал доставать оттуда банку какого то кофе, сухие сливки и сахар.
- Я на ногах уже почти сутки, спал буквально час, полтора… вы хотите кофе?
- Три ложки сахара, да, спасибо.
Чайник начал кипятить воду, две чистые кружки встали рядом. Следователь уселся обратно, достав из верхнего ящика стола папку с делом, выложив её на стол.
- Не буду ходить вокруг да около. С делом у нас полный пиздец.
- В последнее время я часто слышу это слово.
- Вам с самого начала или самое общее?
- Самое общее с самого начала.
- Вчера в десять часов утра, в областной психоневрологический диспансер был доставлен Арсений Петрович Зухин. Обвиняемый по делу о тройном убийстве с особой жестокостью. Для проведения психиатрической проверки на вменяемость. Которая итак уже сильно затянулась. С целью собственно установления этой самой вменяемости. Что бы закрыть этого ублюдка на пожизненное в Белом Лебеде.
- Конвоиров было двое?
- Двое конвоиров и водитель.
- Что произошло внутри?
- С десяти до десяти двадцати. Задержанный находился в изоляторе, один. В десять двадцать в изолятор вошло двое медбратьев в сопровождении медсестры… лезвие было спрятано за матрасом, у самой стены. Вероятнее всего скальпель.
- Вероятнее всего?
- Судя по следам да. Но самого орудия мы не нашли… медсестра… она вообще там могла и не быть. Её послали что бы проконтролировать процесс, в крайнем случае вколоть успокоительное. Медбратья должны были натянуть рубашку… удары нанесены точно, профессионально. После чего беспрепятственно покинул территорию больницы.
- Останавливать никто не стал?
- Слава Богу нет. Видели как подозреваемый скрылся в сторону частных домов на северо-востоке. Через двадцать минут там была половина управления. Но так ничего и не нашли… он влез в один из пустующих домов. Забрал одежду, обувь, деньги.
- Зандир… давай на «ты»? Уверен что он в область не утёк?
- Мы поставили кордоны по всем дорогам. Подключили ВэВэ, они с кинологами прочесали всё в радиусе в десять квадратных километров, вертолёты, все дела, практически весь городской ОМОН сейчас брошен на усиленное патрулирование. ОМСН с оперативниками работают по вероятным адресам где можно затаиться. Таких мест не очень много, с таким шлейфом ныкатся проблематично. К тому же, Зухин у местного криминала, мягко говоря, не в чести. А город у нас не настолько большой… только если…
Эта мысль Коле тоже в голову пришла, плохая мысль.
- Только если он не влез в какую то квартиру?
- Остаётся надеется на гражданскую сознательность. И что участковые свою часть работы сделают как надо. Нам бы конечно спецы из ФСБ не помешали… слышал у ваших сегодня перестрелка была, под Ельцом. Нацистов давите.
- Хулиганьё они мелкотравчитое, а не нацисты.
- С автоматами то?
- Какие времена, такие и хулиганы.
- Это да…
Чайник вскипел. Протасов подошёл обратно к подоконнику…
- Сколько вам? Простите…
- Три сахара. Молока нет?
- Сухие сливки. Другой на третьем этаже, а мой полетел ещё на прошлой неделе… сказали, за свои покупай.
- Вот суки.
Следователь посмотрел на своего коллегу, тот ухмыльнулся. Среагировал примерно так же. Кофе был готов уже через минуту.
- Сливки терпимы, даже более терпимы чем кофе. Вам много?
- Ложки две бахните пожалуйста.
Зандир бахнул две чайные ложки сливок в кружку, подаренную некоему кавалеру на день святого Валентина или 23 февраля. «Любимому мужчинке» гласила надпись какого немыслимого цвета на оранжевой поверхности.
- Значит в Москве повышенный интерес к этому делу?
- Моя задача проконтролировать всё. Я не буду вставлять вам палки в колёса. Хочу посмотреть как всё будет происходить. Если надо чем то помочь…
- В моей следственной группе три человека. Все уже с ног валяться. Не замыленный взгляд мне не помешает. Да и пять человек не четыре… дело на руках есть?
- Есть старое. 2006 года. Я так и не понял кто он. Появился из неоткуда и ушёл в никуда.
- Хочешь услышать долгую историю?
- Пока кружка не опустеет. А кофе горяч.
- На самом деле история очень долгой не будет. Потому что про Зухина мы ничего не знаем. Родился в 68 году в Магнитогорске, в семье одного из высших чинов в горкоме. Который постепенно шёл в гору, и в конце концов стал важной шишкой в исполнительном комитете по Свердловской области. Ублюдок рос как у царя за пазухой. Было в жизни у него всё и даже больше… пока в 1988 году, в день своего двадцатилетия, он не исчез бесследно. Пока не объявился в Липецке за четыре дня до тройного убийства в 2006. За последние три года мы как только не пытались поднять по нему данные. Но кроме версий у нас нет ничего. А версии, как известно, это уже не факты.
- Каков он? Не считая того что сделал.
- По всем признакам неплохо образован. Закончил Свердловский политех. В СИЗО перечитал огромное количество литературы. Когда его схватили, его кололи… - Следователь замялся. Здесь Коле объяснять ничего не надо было. Да и кто он такой что бы осуждать?
- Я понял.
- В общем, он достаточно быстро признался во всём… а потом начался суд. И…
Тут следователь немного растерялся. Потёр усталые глаза.
- Начался просто блядский цирк. Я не знаю как такое вообще возможно. Может всё дело было в том что судебная власть и парочка гандонов из прокуратуры, решили побороться с нынешним губером, за которого было МВД. Может они просто решили побыть пидорами лишний раз… каждый раз этот урод чётко, в точных формулировках, в подробностях и со всеми деталями, доказывал что он невменяем. И каждый раз, судья отправлял его на медицинское освидетельствование. Причём, почему то это так интересно всё выходило. Что между обследованиями были какие то нереалистично большие сроки, по несколько месяцев каждый… я.
Следователь отхлебнул кофе. Коля сделал тоже самое. Терпимо. Протасов причмокнул. Потом продолжил.
- Первые тринадцать месяцев, я в суде чуть ли не ночевал. Практически жил со всеми этими людьми. С защитой, с советником юстиции, с психиатрами. Тринадцать месяцев меня и всех кто принимал участие в деле, гоняли по кабинетам и спрашивали одно и тоже. Тринадцать месяцев доказывать, что больной ублюдок зарезавший и посмертно изнасиловавший бабу, на самом деле больной ублюдок. Ничего хуже это срани за всю мою службу не было. А теперь начинается всё одно и тоже. Только на этот раз он убил ещё четверых.
- Четверых?
- Один из конвоиров, молодой парень. Скончался сегодня утром, не вытянули. Медбрат хоть вне опасности, говорят стабильно тяжёлое, но пока в коме.
Помолчали. Что тут скажешь? Следователь посмотрел на своего «коллегу». Хотел что-то сказать, замялся. Отхлебнул ещё кофе. Затем всё же сказал.
- Практически все кто мог что-то нам сказать или прояснить, умирают или вне доступности. Ты давно работаешь? Давно?
Коля не совсем понял вопроса, но ответил.
- Лет десять.
- А я в конце восьмидесятых начинал. Между нами как раз и разница, лет десять. Веришь мне, Лубянка? Здесь не просто псих гуляет. И это не просто мокруха.
Версия более чем обоснованная.
- Продолжай.
- Что ты знаешь про убитых в 2006 году?
- Трое убитых. Анна и Игорь Гусевы, брат и сестра 20 и 22 лет. И Константин Левицкий, их друг, 22 года
- Анна и Игорь, были детьми Галины Павловны Гусевой. Важной шишки в нашем маленьком болоте…
Его прервал звонок сотового. Он взял трубку. Прослушав где то с минуту. После чего выключил.
- В 16-ом микрорайоне видели нашего уродца, где то минут пятнадцать назад.
Зандир подошёл к сейфу, достал оттуда кобуру и несколько обойм. Само собой следователям носить оружие дозволялось, но делали они это далеко не часто. А уж количество выделенных патронов Николаю вообще казалось слегка «не конвенционным». Зандир видимо это понял, доставая пистолет.
- Я всегда с собой оружие ношу… ты сам Коля, как в ФСБ попал?
- Грозный.
- А я вышку закончил. Нас не учили ничему такому… ну знаешь. В стране уже творилось чёрте что. Но мы были наивны, страшно.
Макаров издал знакомый звук и отправился обратно. Кобура сидела удачно под формой. Обоймы уютно устроились рядом. После чего Товарищ Протасов застегнул все пуговицы, выглядел он грозно, этого не отнять.
- Кофе не попьём.
- Всё равно моча.
Оба хмыкнув покинули кабинет. В коридорах по прежнему было тихо.
- Как то мы, в 89, спеленали одного сучару. Чисто случайно, с Гришкой Берешковским. На улице, по приметам, особым. Хотели его в отделение притащить. Молодые были, придурки. Мы его даже обыскивать не стали. Оружия у нас не было, бронежилетов тоже. А стволы ворованные уже по Союзу ходили… мне повезло, Грише нет. Так что…
- Лучше быть живым и вне милости у начальства. Чем милым и мёртвым.
- У вас так же? Не подумал бы.
- Ставки другие, и игроки тоже.
Они достаточно быстро спустились вниз. Коля предложил поехать на его. Зандир сказал что дорогу покажет. Рванули они резво. Почти голые аллеи и двухэтажки быстро сменились кварталами хрущёвок и бедноватых кирпичных высоток пятилетней давности.
- Кто такая Галина Павловна?
- Гусева была директором, точнее ИО директора «Совстанкострой». Тогда в 2006 году был большой передел собственности в области, крупные предприятия итак на ладом дышали. Их спешно ликвидировали, это была целая эпопея… смерть детей лишила её всяких сил бороться. Она покончила с собой через несколько дней.
В сердце защемило, резко так. Да не в первый раз но… к такому нельзя привыкнуть. Если ты ещё человек, нельзя. Жутко хотелось выжать все сто пятьдесят, двести километров в час. Хотелось кого то убить. Безумно.
В общем то, тут не надо было даже сложить два и два. Что бы понять о чём тут шла речь.
- Зандир, раз уж мы на ты. Говори прямо что думаешь.
Зандир посмотрел на коллегу. Потом продолжил.
- В конторе когда ни будь слышали о Звездочёте?
Вопрос был неожиданный. Могли назвать кого угодно. Но Звездочёта?
- Да, кое что… ты думаешь Зухин, Звездочёт?
- Я много чего думаю. Доказать ничего не могу. У меня под руководством сейчас десятки людей. Мы можем найти этого урода. И мы этого найдём… и что потом? Снова суд? Проверка на невменяемость?
Голос Протасова был холоден и спокоен. Даже какой то усталости в ней не было. Он был неожиданно собран. Сейчас Николай понимал, отчего так. И принимал это. У кого больше шансов, у него одного или у всего областного МВД?
- Ты решить вопрос хочешь?
Зандир посмотрел на «коллегу» внимательно. Но думал не долго. Не боялся что поймают за руку… может он в душе надеялся что ему скажут «эй парень, это не выход?». Не дадут взять грех на душу… в прочем Николай не захотел его разубеждать. В конце концов, он мог банально добраться до ублюдка раньше. А Протасов ответил.
- Я устал считать трупы.
- Если что, я мешать не буду.
- Спасибо. Какова степень твоих полномочий? Только честно.
- Охренительная. Степень.
- Есть в городе два человека, которые так или иначе в твоей зоне досягаемости. И знают больше чем я или кто бы то не было в моём отделе. Это начальник режима Бердищев, Игорь Юрьевич. И Ворон, он же Воронов, Василий Никитич. Ночная власть в нашем городе, она на его плечах… я ему сообщу.
Он посмотрел на коллегу.
- Здесь все друг друга знают. До недавнего времени это нам сильно помогало. Должно помочь и сейчас. Иначе я вообще не знаю, как мы всё это говно разгребать будем.
- Давай по порядку. Ты полагаешь что Зухин это Звездочёт. Широко известный в узких кругах киллер. Который был нанят некими индивидами. Что бы разрушить жизнь директору завода. Ведь если бы они убили её, это стало бы слишком явно. А так, нет никаких явных следов. После чего, процесс активно тормозился. А по итогу кто-то, вероятнее всего из сотрудников диспансера, но не факт, подложил ему оружие. В результате мы имеем четверых убитых.
- Четверых, если мы его остановим.
Машина пошла резво и быстро по просторной дороге. Пересекли мост через длинный пруд имитирующего реку, вдоль берегов которых, с видом на довольно живописную зелёную поляну, стояли строящееся высотки. Далее начался странный «типа исторический» центр, новоделы «первого срока», старательно имитирующее старинную застройку дореволюционных времён, два-три этажа, лепнина и аляповатые цвета, с редкими вкраплениями старых губернских домов.
- Версия слишком неправдоподобна что бы её копать? Тебе ведь так сказали в своё время?
- Чего мне только не сказали… сначала они из штанов выпрыгивали что бы как можно скорее его посадить. И я в принципе был только за. А как только мы вплотную подошли к тому что бы оформить ему пожизненное. Началась вся эта херня.
- И какие назывались причины?
- А этим козлам причина нужна?
Снова смена плана, как говориться. Повернули на крупную магистраль. Старого куска провинциального города как не бывало. Здесь как и любой российский город, Липецк отчаянно пытался строить из себя некое подобие Москвы. Повсюду новые панельные дома повыше, башни на горизонте во все стороны. Сзади, на востоке, спуск с холма и панорама на город. Впереди каскады панельных кварталов на высоте. И редкие машины на улицах. Дорожная сеть пока ещё продолжала радовать, она явно была рассчитана на город побольше.
- Всё это звучит как теория заговора.
- Что, товарищ особист, не вериться?
- Нет, почему. Если я что-то и понял, так это то что заговоры как правило реальнее, чем полагает сонное большинство.
- Это дело мне не по рылу. Я давно живу, я знаю.
- Надо решать проблемы по мере их возникновения.
- Ты прав… опер группа из Москвы будет?
- Я и есть опер-группы из Москвы.
- Джейсон Борн что ли?
- Почти.
- Ааа, я так и понял.
- Ты хороший следователь? Только без ложной скромности.
- Да.
- И я тоже. Так что давай не будем недооценивать друг друга. Нам сейчас просто не до этого.
Старый Брежневский массив по обе стороны. Впереди у въездов во двор стояли машины с маяками. Патрульные старались не подпускать зевак, а их здесь было порядком. Наверняка во дворе был и детский сад, и школа, народу здесь живёт много. Когда узнают что здесь произошло, начнётся такая свестопляска…
Tags: Грозовой Фронт, Марафон, Мухи творчества
Subscribe

  • Осень на северо-западе

    Названия для заголовков придумать всё сложнее... Похоже в Москве окончательно похолодало, в субботу было просто сыро но терпимо и даже относительно…

  • Мы в октябре

    В общем то, бабье лето кончилось. Кончилось именно вчера, когда я решил выйти из дома и проветриться. Меня дожди и прохлада не смущают, даром что на…

  • Осень у Химки

    Я сделал это снова, снова поехал на Химкинское водохранилище. Во первых, потому что человека обещал туда свозить. Ну и во вторых, потому что не…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments