March 29th, 2020

Под занавесом. 1.4.

Собственно как мы к этому пришли. https://fuflopisatel.livejournal.com/540741.html

Дело шло к вечеру. У меня была идея взять себе машину, я знал где её можно достать. Но я отмёл её сразу. Машина, особенно в городе, это то что будет только мешать. Особенно с учётом моей ситуации, потребности быстро покидать место происшествия. А то что придётся улепётывать я не сомневался. На такси ездить тоже зарёкся, потом смогут срисовать приметы. То есть, рано или поздно срисуют конечно в любом случае. Но в автобусе на заднем сиденье, на площади посреди толпы, на станции метро, затеряться проще. Не то что бы я собирался совершить что-то страшно противозаконное. Как вы наверное могли подумать. Но я понимал что у полиции накопится вопросов. Не настолько много что бы объявить меня в розыск по всему Евросоюзу. Но лучше вообще остаться инкогнито. Турки по крайней мере, точно не будут звонить в полицию... они конечно могут принять другие меры, известного характера. Но сейчас у них двойственная ситуация. Хузанай - нынешний их крёстный отец, стремится легализовать бизнес и полностью слиться с нынешней богатеющей турецкой диаспорой в качестве легального конгломерата корпораций. Подавляющее большинство турок оказывает влияние на всех членов диаспоры, и все прекрасно понимают что для того что бы остаться при больших деньгах и власти, надо перековываться в цивилизованных бизнесменов. Альтернатива тут очевидна, отречение от своих и тюрьма, либо падение в самый низ пищевой цепочки - мелкий рэкет да ломание ног должникам. Да и то этот бизнес давно и плотно под новоприбывшими арабами, алжирцами с египтянами. А озабоченные своей чистой репутацией криминальные бонзы, пользующееся всеобщим уважением, не будут поднимать шум после того как их поставит на бабки какой то наёмный ушлёпок... во первых, это станет интересно местным законникам. Во вторых, уважение вещь хрупкая, особенно сейчас.
До места назначения я пошёл пешком. Два с половиной года работы в агентстве давали мне определённое представление о расположении камер на улицах, о том по каким улицам чаще всего ездят патрульные машины а куда господа полицейские не заезжают что бы особо не париться. Часов в пять вечера включилось вечернее освещение, на улице по прежнему было сыро, и с небольшими перерывами моросило весь день. Народ на улицах попадался то тут то там, а вот машин наоборот было не слишком много. Ант город густонаселённый и очень плотно застроенный, но всё равно не слишком большой, чуть больше полу миллиона населения. И это ощущалось, когда все были на работе улицы как правило пустели. Школота зависает в мегамоллах и парках в центре, либо во дворах на спортплощадках. Поэтому даже в общем то основные магистрали в пять вечера были как задворки, пустующими и тихими. Лишь ближе к центру народу стало становится больше.

Где то года полтора назад, выкупил старое здание галантереи века где то 19, прямо в десяти минутах ходьбы от набережной, в самом центре города. Ещё одна ступенька на пути к натягиванию на себя овечьей шкуры. Хузанай любил там сидеть по несколько часов в день, пускать пыль в глаза партнёрам и вообще строить из себя хер знает кого. В прочем здание и в правду было симпатичное снаружи, трёх этажный комплекс в типичном для местности серо-каменном стиле, с вычурными карнизами и окнами различной формы. Да ещё и с парадным выходом на Рейндерстрат, одну из главных улиц центрального района. Здесь всегда гуляли горожане, и всегда хватало туристов. Хорошее место для дорогого, разумеется, ресторана на первом этаже, ночного клуба в подвале, и для большого бильярдного салона на третьем. Короче, плану были амбициозны и весьма. И это многим не нравилось. Но как это часто бывает, мнение большинства не выруливает против привилегированного меньшинства. Турецкая диаспора Бельгии давно уже стала очень влиятельной и богатой силой, а власть имущие любят бабки. Вы не подумайте что я привык видеть во всём исключительно плохое. Но у меня давно сложилось отчётливое впечатление, что если в переулке за этим замечательным местом будут грузить трупы в багажник, на это мало кто обратит внимания. Особенно ночью, возможно конечно кто-то из редких ночных прохожих, продрав пьяные очи вызовет полицию... К слову о переулках. Переться через парадный ход было бы крайне глупо. Надо было войти через заднюю дверь, которую просто так никто не откроет. Узкий переулок был в общем то тем чем и должен был являться, место складирования всякого мусора и расположения кондиционеров, накапавших здесь дыру таких размеров что даже асфальт начал трескаться. И две стальные двери друг напротив друга, один из тех тупиков куда лучше не забегать если за тобой гоняться, потому что потом можешь не выйти. Был ещё пожарный выход с лестнице, но он шёл со стороны оживлённого здания с магазином, не хотелось бы привлекать лишнее внимание. Нет, мне надо было что бы меня заметил ограниченный круг лиц. Недорогая камера смотрела как раз на выход из переулка, вися рядом с дверью. Я встал прямо под ней рядом с дверью, и испытывая острую потребность облегчиться (несколько часов по городу ходил, знаете ли) растегнув ширинку. Думая сколько времени уйдёт на то что бы один из уже знакомых мне бычков, вышел погулять на свежий воздух что бы познакомить с пиздюлями того кто окропил их святая святых. Реакция не заставила себя долго ждать.
Дверь распахнулась и из неё вышло знакомое хлебальце Лехеля. Старого и заслуженного члена банды которому был уже под полтос, а он всё продолжал таскаться за боссом на правах главного нукера. Конечно такого рода пренебрежение в моих словах может показаться вам неразумным, Лехеля (не склоняется) человек был опасным, точнее он был прожжённой старой мразью, который совершенно точно убивал людей на протяжении всей жизни. Таких как он судить нельзя... но и я ведь не палач. И вот он вышел из дверей, с явным чувством собственного превосходства. Когда я нассал ему на брюки. Старый хрен не сразу понял что произошло. Я обратился к нему разумеется на английском.
- Классный костюм. На распродаже взял?
Старичок явно вернулся в реальность, и с каким то крайне странным полувдохом-полувизгом отдёрнул полог пиджака и потянулся к кобуре. Не застегнув ширинку я ударил его в нос, затем схватил за грудки и направил головой в сторону ближайшего мусорного бака. Тот явно крепко стукнулся, я мог бы конечно поступить по пацански и не добивать лежачего. Но здесь правила были другие. Я подошёл и со всей силы пнул его в лицо. Хрустнуть вроде ничего не хрустнуло. Жив, ну ладно. Вытащив из кобуры «Кольт» и держа его поближе к телу, я пошёл вовнутрь. Если за дверью он не один и они вооружены, я положу их раньше чем они успеют что-то сделать. По крайней мере в теории. В прочем, если они начнут стрелять, с такого расстояния и от кучного огня бронежилет едва ли поможет. Утешением было то что Лехеля обычно сам за камерами и сидел, сейчас день, в ресторане народу не слишком много. Эти люди работают ночью, днём как правило отсыпаются. Клуб открывается в десять, а сейчас ещё и шести нет. А ресторан пока ещё и не был то толком запущен на полную катушку. Идя через теснейшую подсобку я слушал. Было тихо, как будто всё здание было пустым. Мне тогда это не показалось странным, хотя должно было бы. Разумеется здесь была отдельная лестница для персонала, идущая от кухни с их холодильниками, надо же было как то в бар доставлять алкоголь. И снова никого, и тишина. Я спокойно поднялся наверх, короткий коридор, дорогая азиатская отделка под японский минимализм скорее всего. Одна дверь налево в туалет, одна направо в зал, одна прямо по курсу. Кабинет главного говнюка естественно. В этот момент в голове что-то щёлкнуло. Ни одного его нукера, то есть вообще ни одного, кроме самого верного. При том что такие как он даже не смотря на грозную репутацию, в мечеть и в ресторан с женой не выходит без пяти гамадрилов. Если вы думаете что меня это испугало... то вы подумали слишком хорошо. Я был в восторге! Я вот-вот должен был застигнуть своего обидчика, одного из самых влиятельных людей в Бельгии за неким непотребством! Не говоря уже о том что мои шансы уйти после этого безнаказанным возросли многократно... наверное. Я подошёл к двери держа пистолет по прежнему наготове, внимательно прислушиваясь. Внутри явно слышались чьи то разговоры, но разобрать кого с кем было решительно невозможно. Сначала хотел вежливо постучать. Но потом решил что это была бы уже совсем неуместная клоунада. Я дёрнул дверь, долго тянуть её было бы просто глупо.
Хузанай был типичным человеком достигшим своего положения за счёт уничтожения других. Как я уже заметил выше, я конечно не судья, но таких как он в таком возрасте надо отстреливать без суда и следствия. Ибо одному Аллаху известно, сколько жизней было сломано и сколько душ загублено им и его подонками. Сам он был праздным, самоуверенным, упивающимся властью, параноидальным, невероятно богатым говнюком. Одним из тех людей, которые искренне верили что весь мир вокруг создан для того что бы целовать их в жопу. Редкая мразь в общем, нехороший человек. Слегка полноватый восточный мужчина внушительных, чего уж там, внешних данных, который к своим шестидесяти получил от жизни всё что можно и нельзя. И который естественно строил из себя дона Корлеоне. Ну какой в самом деле смысл становиться главным мафиози Бельгии, если ты не можешь выпендриваться тем какой то значительный гигант? На дне большого пузыря, под названием Бельгия... не важно. Седой волос, нос длинный, глаза хищной птицы, костюм естественно как три моих зарплаты. Сидел в кресле из красной кожи купленным отнюдь не в «Икее». В кабинете каких то странных синевато-фиолетовых оттенков в освещении, с большим стеклянным столом по середине, на которой никогда ничего не ставили из-за его хрупкости, но на котором то тут то там были видны потёртости и отпечатки пальцев. Того кто упирался в этот стол, когда надо было по удобнее встать, и от того что здесь с него нюхали отнюдь вне ознакомительных количествах. Сидел в кресле для гостей, а не за своим столом что был поодаль, в глубине комнаты и имел большое панорамное и вечно закрытое днём окно на улицу. Это было любопытно, что бы он и не за своим столом сидел... Напротив входа сидел Раткемаль - юрист семьи, типичный адвокат особо тошнотворного типа, вы таких встречали. Ни охраны, никого больше. Сначала увидев только этих двоих, а гостя разглядев мельком за углом, я сразу же решил представиться. А то вдруг меня не заметили бы. На не самом лучшем в мире английском, стыдно признаться.
- Господа! Минутку вашего внимания! Ручки положили на коленки и без лишних движений!
Внимание я получил всё и даже больше. Хузанай посмотрел так как умел это делать, очень красноречиво. И что было ещё смешнее, Раткемаль тоже так на меня смотрел, только с нотками пренебрежения... ты то куда лезешь, плесень подзаборная.
- Лёша?
- Для тебя Федотов. Моя мама называла меня Лёшей. Моя первая девушка так меня называла. Так мои друзья меня называли. А ты то кто, старый pizduk?
Да как ты... - хотел было сказать главный юрист всея клана, но Хузанай громко захохотал выставив вперёд ладонь успокаивая его. Пока он хохотал, я стоя всё ещё в дверях рассматривал гостя. Это был человек непривычный для этого места. Тонкий дрыщеватый и высокий, вероятно всего молодой но это не точно, в тёмным очках в помещении, с короткими тёмными волосами, в дорогом тёмно-синем костюме и красном галстуке, похоже европеец... и совершенно, если честно, неопределённого пола. Гость смерил меня взглядом, на его лице что-то дрогнуло, не испуг, скорее интерес к происходящему. Хузанай в прочем снова привлёк внимание к себе, как следует отсмеявшись.
- Зная твою позицию насчёт оружия, я удивлён что ты направил на меня ствол! Видать я сильно тебя разозлил.
- А ты сам то как думаешь? Это капитализм, за работу полагается платить.
Я посмотрел на гостя, тот всё это время смотрел на меня. Что в прочем было нормально в данной ситуации.
- Вы в курсе как ваш партнёр обращается с теми кого нанимает? Кидает их на деньги, за честно сделанную работу!
Гость перевёл взгляд на Хузаная. Тот по прежнему был весел (и явно зол), а вот адвокат отчего то начал нервничать. Гость заговорил, приятным голосом... с каким то совершенно непонятным оттенком или акцентом. Непонятно было, мужчина или женщина. Чем дальше тем страннее.
- Вы правда так относитесь к людям которых нанимаете на работу?
- Этот человек не сделал работу до конца.
Ой, да заткнись ты на хуй! - простите, пишу как было. - Я вернул твой груз! Я решил проблему. Калечить людей и убивать не моя работа. Ты за кого меня принимаешь мать твою?
- За наёмника, которым ты и являешься. Ты слишком высокого мнения о себе, мальчик. Ты тот кто стрижёт мой газон...
Слышь, баран. - Всё это время я стоял спокойно, даже не шелохнулся. Всё по правилам, отвлечёшься и тебя хана. Старого шакала недооценивать нельзя, может и задрать. - Если ты ещё не понял, не стоит говорить такие слова человека с пистолетом, который очень сильно злиться. А теперь не заставляй вспоминать меня, как мои предки вас под Измаилом дрючили, это никому не нужно. Я просто хочу свои деньги, то что ты мне должен за работу. И ещё ровно столько же, за причинённые неудобства.
Раткемаль среагировал как то излишне бурно. - Ты знаешь кого доить собрался, пислик?! Копек оглу! Аненн...
- Slush blyady! Про маму слово пикнешь, я тебе башку прострелю. С такого расстояния такой узор на обоях получится, закачаешься. Можно будет потом продавать фотографию как предмет современного искусства. Хуз, следи что бы твои подчинённые мне не хамили. Я итак в плохом расположении духа. Не надо злить меня ещё сильнее.
Тебе не говорили что ты слишком много болтаешь? - спросил биг-босс. Гостя всё происходящее по всей видимости изрядно забавляло.
- Да, не без греха. Но ты ведь мог легко этого избежать... итак, 40 тысяч, сейчас, как с куста. Наличкой.
- Ты думаешь...
А вот этот фокус я знал. - Я знаю что у тебя здесь в кабинете есть такие деньги. И в отличии от тебя, у меня есть принципы, поэтому я не выгребу всё что у тебя там лежит. Я лишь заберу своё по праву. Ты эти деньги отобьёшь к концу недели. Невелика потеря.
Может тебе ещё машину отдать! - юрист снова начала очень громко разговаривать.
Что я сказал! - крикнув для убедительности, после чего сразу снизил тон. - Насчёт твоих разговоров! Я не люблю когда на меня орут, начинаю нервничать, палец на курке дрожит. Хуз, скажи своему подчинённому что бы заткнулся на хуй, я ведь серьёзно.
- Ты очень груб, Лёша...
Хуз - на войне и в нашей работе, если чему и учишься так это терпению. Но если честно, злиться я начинал всё сильнее. Я сделал один шаг вперёд, если Хуз кинется на меня, он может меня повалить одни ударом своего пудового кулака... ну а я смогу сделать ему дырку в голове. И он знает что у меня рука не дрогнет. - Доставай ёбанные деньги. Сейчас же мать твою.
Опять же, простите, рассказываю как было. А дон продолжал сверлить меня взглядом. Пока гость тихо не засмеялся и не захлопал в ладоши. В этот момент я мельком увидел шрамы на руке под сорочкой, глубокие порезы. В голове как будто петарда взорвалась. Я не то что бы начал нервничать... к чёрту, я понял что в полной жопе. И надо поскорее из неё выбираться. Гость по всей видимости прочитал короткий испуг на лице. Но продолжал держаться всё в такой же манере.
- Уважаемый, выполните всё же свои обязательства перед этим человеком. Любой труд должен быть оплачен. Это всё же не коммунисты придумали, таков закон всего человеческого общежития. Я не думаю что сорок тысяч евро, это та сумма из-за который стоило устраивать всё это безобразие. Честно говоря, я не ожидал от вас такого.
Адвокат снова подал голос, на этот раз он старался быть обходительным, но получалось скорее испуганно. - Господин Фог, этот человек не выполнил обязательства которые были указаны в контракте! Этот человек наёмник, и он делает ту работу за которую ему платят!
Гость в кои то веки выразил раздражение. - Вам вовсе нет нужды так сильно орать. Я сижу рядом с вами и прекрасно вас слышу. Этот человек пришёл на как вы меня заверяли - тайную сделку с оружием в руках, и выставил вас дураками, и меня признаться тоже. Не знаю как вам, а для меня это является яркой демонстрацией как минимум упорства и смелости. Таким людям надо платить то что они заслужили, что бы потом хлопот не было. Такой умудрённой жизнью человек как вы, Хузанай, наверное всё таки должны были об этом знать, не так ли.
А вот здесь в голосе слышалась совершенно неприкрытая насмешка. Настолько неприкрытая, что я представляю как сейчас чьё то самолюбие было торпедировано. Невозмутимость держалась уже довольно криво, сползая как маска с горящей в костре куклы.
- Господин Фог, я не считаю, что наши отношения и отношения с этим отбросом хоть как то тождественны. Но в любом случае, если вы считаете должным что бы я выплатил этому человеку компенсацию за сам не знаю что, я разумеется это сделаю.
- Ещё бы ты этого не сделал мать твою. Учитывая сколько я тебе денег предлагаю.
- Господин Фог...
В голосе гостя начали появляться нехорошие нотки. - Этот человек видел моё лицо. В этом здании было трое, именно столько должно было знать о нашем соглашении. Один из них вероятнее всего мёртв или вне игры. Появилось ещё одно лицо, человек которого здесь быть было не должно, но он здесь. Более того, я знаю что вы совершили колоссальную ёбанную тупость. И ведёте прямую трансляцию со скрытой камеры на авторучке, что в кармане у вашего юриста.
Лица всех присутствующих в комнате, включая меня, выражали одно и тоже. Честно говоря я сам не знаю почему я стоял и слушал всё это. Хотя инстинкты били во все колокола - вали отсюда, дебил. Ну а гость продолжал говорить.
- Сомневаюсь что вы транслируете всё это полиции, скорее всего своим людям. Что тоже было вне рамок нашего контракта. То есть у вас в окрестностях сидит определённое количество вооружённых людей, готовы к броску. Но при этом вы проморгали какого то тупого копа?
Я не знаю что на меня нашло. - Эй! Тупой не тупой, а вас всех раком поимел. Согласись, неплохо для тупого копа?
Какой у них был выход? Ответ очевиден, я не должен был покинуть стен этого здания. Трансляция шла всё это время, всё это время они шли сюда. Они уже были за спиной скорее всего. Стрелять они в меня не могли, потому что иначе бы прошили бы своего босса насквозь. Действовал я чисто на рефлексах, прежде чем моя ярость послала мне последнее осознанное решение. И мысль высказанную на русском.
- Сдохни сука.

Картофан

Две головки лука, энное количество картошки (оптимально три штуки), филе курицы. Мелко рубим лук, начинаем жарить. В это же самое время мелко рубим курицу и отправляем на сковороду. Картофель рубим так как больше нравится, но лучше мельче. Соли по вкусу, мерно помешиваем доводя картофель до должного томления, именно картофель показатель готовности блюда. Потом добавляем специи по вкусу (но петрушка наш выбор), доводим до состояния полной готовности.

Приятного аппетита.